Поэма,
действительно, снабжает нас обилием
сведений, относящихся к материальной,
социальной, психологической и этической
культуре, которые мы рассмотрим в
последующих приложениях к очередным
томам.
Знаменательно
то, что поэма сформировалась в период
консолидации индийских народов и
племён, который предшествовал
возникновению великих древних империй
в древней Индии. Учение «Рамаяны»
о государстве в целом незначительно
отличается от учения «Махабхараты».
Сходство доходит до того, что целая
100-я глава «Аёдхья-канды»
идентична 5-й главе «Сабха-парвы»
«Махабхараты».
Как
было подчёркнуто Г. Мохапатрой
(Орисса, Индия) на Х Всемирной
санскритологической
конференции в Мельбурне,
«Рамаяна»
Вальмики, без всякого
сомнения, стремилась привлечь
внимание широких масс народа
к гуманитарным ценностям,
которые в наибольшей степени
укрепляют социальную
интеграцию любого народа
на все будущие времена».
Главными
орудиями реализации этой задачи сплочения
различных этносов эпос сделал ритуальную
рецитацию,
подчинённую вечному календарю, и энциклопедическую
этику,
построенную на общезначимых «космических»,
календарных началах и ориентированную
на широко распространённую в древности
практику астрального почитания. Именно
эта «этническая нейтральность»,
наднациональность или мифолого-космическая
отвлечённость и сделали поэму
привлекательной в разные эпохи, в
совершенно иных этнических регионах и
религиозных и исторических обстоятельствах
для строителей многонациональных
государств и империй.
По
нашему мнению, «Рамаяна»
является великой дидактической поэмой,
которая учит всеобщей интегральной
этике, дифференцированно подходя ко
всем главным сословиям, возрастам,
профессиям. Действительно, концепция
«Рама-раджьи»
(«правления Милорада Месяца»)
рассматривается в качестве идеала
государства даже и в настоящую эпоху
(M. K.
Ганди).
Здесь
следует только заметить, что
государством Рамы, в действительности,
является вся Вселенная, а высшим
стремлением его – восстановление
порядка во Вселенной. Поэтому этика
«Рамаяны»
– это не некая священная индийская
система ценностей, а скорее древнеиндийский
вариант идеальной универсальной
(глобальной или экологической) этики1.
Этика
(от греч. «этос»,
устойчивое состояние духа, нрав), исходно
означая учение о глубинных и устойчивых
душевных состояниях, по своей сущности
– попытка преодоления внешних различий
и утверждения общезначимых ценностей.
Иногда она отождествляется с учением
о сущности человека (антропологией).
Но если
по И. Канту, законы этики самодостаточны
и не могут быть поняты ни из каких других
оснований, то основы древнеиндийской
этики покоятся на астрономии, на учении
о небесной гармонии и вечном календаре,
т. е. в космическом мировоззрении
(подразумевая под космосом вселенскую
гармонию, вечный хронопорядок).
Значение
«Рамаяны»,
как оно определяется самим памятником,
заключается в создании высокого
идеала, способного вдохновлять разные
народы на протяжении многих
тысячелетий. Она отнюдь не является
натуралистическим описанием
реально существовавших обычаев и нравов,
некоего реального земного царства. Это
– Утопия, как и все «Пураны»
и «Тантры».
Этим
вневременным, вечным и возвышенным
устремлением объясняется привлекательность
философии «Рамаяны»
и для нас. Особенно необходимо обращение
к подобным памятникам мировой культуры
в связи с современной разработкой и
внедрением идей глобальной этики и
глобального образования в эпоху торжества
глобальных коммуникаций и попыток
создания чего-то вроде глобального
рынка и глобального государства. Дай
нам бог здравого смысла и сил хоть на
йоту приблизиться в этом деле к идеалам
«Рамаяны»!
1 Sehgal S. R. «Ramayana:
The Eternal Fountain of Indian Culture» // The Kalyana-Kalpataru,
November, 1996, Vol. XLII, № 2. Pp. 99-102.
